Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Семейные связи и хорошие должности. Где работают родственники невестки Лукашенко
  2. «Один шанс на 200 миллионов». ГосТВ рассказало о маме тройняшек, попросившей у Лукашенко жилье, — но кое о чем забыло упомянуть
  3. Беларуска более трех месяцев стоит в «новой» очереди на польскую визу — поговорили с ней. Выводы экспертов тоже не радуют
  4. Лукашенко: «Выиграть конфликт с расположенными по периметру государствами мы не можем»
  5. «Хренин призвал». Лукашенко заявил, что его младший сын служит в армии
  6. «Шокирован, если честно». Отец пятиклассницы пожаловался в TikTok на задачи по математике, а на следующий день его уволили
  7. В Минске местами снимают рекламу казино. Недавно Лукашенко как раз говорил про «крути гуся»
  8. «Мы очень даже живы». Защитница Тихановского и Бабарико — о приговоре своему коллеге и будущем адвокатуры в Беларуси
  9. МВД хочет взять под контроль домофоны
  10. Лукашенко предлагал женщинам «родить трех малышей и требовать что угодно». Минчанка родила тройню и попросила квартиру
  11. Минчане снова выстроились в очередь за квартирами. Вокруг какого ЖК ажиотаж на этот раз?
  12. Пропавшую беременную минчанку нашли убитой


8 мая беларусского активиста Дмитрия Гринкевича после визарана — кратковременного выезда из страны для обнуления легального срока пребывания — не впустили обратно в Грузию. О том, какие категории беларусов тоже могут с этим столкнуться и что им следует делать, чтобы этого не было, «Белсату» рассказал юрист, правозащитник Роман Кисляк.

Тбилиси, столица Грузии. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com
Тбилиси, столица Грузии. Изображение носит иллюстративный характер. Фото: pixabay.com

Собеседник отметил, что первый случай, когда беларуса после визарана не впустили обратно в Грузию, произошел в 2022 году. В 2023 году был уже резонансный случай — в страну не смог вернуться Евгений Гацак, один из основателей беларусской диаспоры Аджарии. Но, по словам юриста, все больше и больше непубличных случаев, когда беларусов не впускают после визарана в Грузию.

Роман Кисляк подчеркнул, что визаран — «это всегда лотерея», так как власти могут не впустить после выезда обратно. А обжалование потом занимает годы. Например, дело Гацака все еще находится в Верховном суде Грузии, хотя сам он уже давно живет в Польше.

«Скорее всего, что грузинское правительство, спецслужбы не хотят видеть здесь сильную диаспору. Всех, кто более-менее активен, кто на виду, кто не скрывает свою позицию и активно участвует в делах диаспоры, включая ведение блогов, проведение акций. По всей видимости, все эти люди под риском не пройти визаран, если у них нет иных правовых оснований для пребывания на территории Грузии», — заявил правозащитник.

Чтобы не подвергаться риску, он посоветовал беларусам легализоваться: либо получить вид на жительство, либо податься на убежище. Тем более, что власти Грузии как раз хотят изменить миграционное законодательство.

«Был достаточно легкий порядок въезда и пребывания, и он немножко подкупает. Возможность год находиться, потом просто выехать, уехать, сделать визаран, это подкупает. Но в этой легкости скрытая опасность, что могут не пустить», — сказал Кисляк.

Для обычных туристов из Беларуси он не предвидит проблем для поездок в Грузию, только для тех, кто постоянно живет в стране на основании безвизового въезда: «В любой момент Грузия может не пустить на визаран».

Тем же, кто видит, что его могут не впустить в Грузию, юрист советует сразу на границе подаваться на убежище, это меняет правовой статус человека. Если все же не впустили, то либо пытаться въехать снова, либо устраиваться в той стране, где оказался, например, в Армении, либо переезжать в какую-то третью страну, в Евросоюз.

Активиста Дмитрия Гринкевича, жившего в Батуми и занимавшегося продажей беларусской и украинской символики, 8 мая не пустили в Грузию после визарана. Его задержали на грузинско-армянской границе где-то на полтора часа, «а после вынесли бумагу, сказали, вывели и все». Правозащитник Кисляк назвал запрет на въезда Гринкевичу ударом по беларусской диаспоре Аджарии.