Возбуждено новое уголовное дело за произошедшее на суде над Витольдом Ашурком, когда ему оглашали приговор. Когда активисту присудили пять лет колонии, некоторые из присутствующих на заседании в ответ стали скандировать: «Ганьба» и «Верым, можам, пераможам». После некоторых судили по административной статье, была также информация об уголовном деле. Блог «Отражение» поговорил с братом погибшего политзаключенного Андреем Ашурком, а также с другими людьми, которые были в зале суда во время оглашения приговора.
Приговор политзаключенному оглашали 18 января нынешнего года. Через два дня в Лиде проходил суд над Иваном Касперовичем — бывшим администратором телеграм-канала «Доска позора Лида». На нем и задерживали людей, которые были в зале на процессе Витольда Ашурка. Как сообщал лишенный аккредитации ПЦ «Весна», в райцентре тогда задержали пять женщин. Также появлялась информация, что по факту скандирования «Ганьба», «Верым, можам, пераможам» завели уголовное дело.
Сейчас уголовное дело по ч. 2 ст. 339 УК (Хулиганство, совершенное группой лиц) завела прокуратура Гродненской области, максимальное наказание по данной части статьи — шесть лет лишения свободы.
Подруга семьи Витольда Ашурка, журналистка и активистка движения «Рух за свабоду» Ольга Быковская рассказала, что знает о ситуации.
— Мяне раней спрабавалі затрымаць па адміністратыўнай справе. Але я, калі прыйшла на гэты суд, зарэгістравалася як журналіст, таму мяне адпусцілі. Далей пасля суда ў студзені амаль адразу была заведзеная крымінальная справа па гэтым жа артыкуле, што і зараз, але яе ўжо некалькі разоў за гэты час закрывалі. Быццам на вышэйшым ўзроўні знаходзіліся людзі, якія знаходзілі падставы адкрыць справу зноў, і, па-мойму, гэта ўжо трэцяе ці чацвертае адкрыцце. Але на гэты раз яны з’явіліся з больш сур’езнымі намерамі, пранамсі такая інфармацыя была, што ёсць фігуранты, якія ў любой сітуацыі павінны атрымаць пакаранне. Сення гэта ўжо ўспрымаецца сур’езна, — рассказала Ольга.
Андрей Ашурок, брат осужденного на 5 лет лишения свободы и погибшего в колонии политзаключенного, тоже был задержан после суда в январе этого года. Мужчина подтвердил, что знает об обысках в Лиде — «у всех фигурантов дела», но к нему силовики не приходили.
— Дело было закрыто, а потом от источника пришла информация, что его снова открыли. И вопрос был поставлен ребром: всех, кто был свидетелем, сделать подозреваемым и посадить надолго. Сами понимаете: если поставлена задача, она будет выполнена. Раньше по делу свидетелями проходили, насколько я помню, шесть или семь человек, в том числе и я.
И Ольга, и Андрей рассказали, что раньше по делу о хулиганстве проводилась фоноскопическая экспертиза. Тогда опознать людей не смогли.
— Меня тогда вызывали на допрос в СК, и в заключении четко было сказано: голоса нельзя опознать, — рассказывает Андрей, по его словам, это происходило летом. — Во всем деле подозреваемым был только Юра Дешук, его как журналиста забрали сразу. А я и остальные люди были свидетелями. Знаю, что все сейчас переведены в разряд уже подозреваемых, учитывая, что нет оснований не доверять источнику, я тоже в их числе.
По словам Быковской, по новому делу фигурантов снова возили на допросы в Следственный комитет, у нескольких прошли обыски. Активистка считает, что дело надуманное.
— Гэта сапраўды працяглая справа, яе спрабуюць нейкім чынам разкруціць, але там нічога такога не было. Людзі выключна падтрымалі Вітольда. I на гэтым усе. Ніякіх дзеянняў, якія маглі б кваліфікаваць як хуліганства, не адбывалася. Я ня ведаю, чаму яны не займаюцца сапраўдным раследваннем нейкіх спраў замест гэтага. І Вітольда ўжо няма, і цяпер абавязкова трэба пасадзіць людзей, якія яго падтрымлівалі. Мне падаецца, гэта проста пераслед актывістаў рэгіёна, спроба іх запалохаць, кагосьці узяць пад кантроль, а зараз, магчыма, і даць рэальныя тэрміны.
Телеграм-канал «Задержания, суды в Лиде» сообщал, что подозреваемыми по делу стали все, кто в тот день был в зале суда, а также что у некоторых из этих людей прошли обыски, после им выдали подписки о неразглашении и невыезде. Ольга Быковская говорит, что знает минимум о двух активистах, к которым приходили с обыском после возобновления уголовного дела.
— Я даведалася, што чалавеку, які быў на судзе, прад’яўляюць 339-ю стаццю. Гэта перадалі праз яго сваякоў. Калі па справе зробяць падазраванымі ўсіх прысутных на судзе, то гэта да 70-ці чалавек. [Будзе] самая масавая справа на Лідчыне па пратэстах, — рассказала Ольга, сама она временно не в Беларуси и, говорит, пока не может объективно оценить, не появится ли интерес по этому делу и к ней.
Андрей Ашурок тоже уехал.
— Тут даже не идет речь о нашей семье и тех, кто был на суде. Речь — обо всем гражданском обществе. Это очередной виток репрессий. Маме, конечно, трудно. Она не успокоилась и не успокоится после смерти Витольда. Мой выезд не планировался, она узнала о нем в последний момент — сказала: «Езжай, сынок, останешься хотя бы ты».
Одна из женщин, которых в январе задерживали после приговора Витольду Ашурку, анонимно рассказала, что тогда вместе с ней по административному делу осудили восемь человек. Все получили штрафы. Уже около полугода женщина находится за границей, поэтому в число свидетелей по первой «уголовке» она не попала. Однако в Беларуси к ее близким в декабре уже трижды приходили правоохранители.
— Казалі, што крымінальную справу закрылі, а зараз прыйшоў наказ і пачалі хадзіць да тых, хто ўжо быў асуджаны. Прыходзілі спачатку па мяне, потым з вобшукам — казалі, «за угрозу личности и обществу», але я не ведаю, што гэта за артыкул. Таксама дачка сказала, што я там даўно не жыву, і яны нічога не забралі. Але на гэтым нас не пакінулі. Яшчэ з Гародні нехта прыяджаў — наколькі я ведаю, зараз частка 2 артыкула 339. Запытваліся, ці збіраюся я вяртацца.
Женщина рассказывает, что вынуждена была уехать из страны из-за серьезных проблем со здоровьем у сына. Она добавила, что, несмотря на то, что может быть фигурантом уголовного дела, не жалеет о том, что была на суде.
— Ні тады, ні зараз, ні пасля я пра гэта шкадаваць не буду. Вітольд мой сябар. Вельмі цяжка было перажываць гэты момант і нават зараз не магу спакойна гаварыць. Я нічога бяспраўнага не здзейсніла — я разумела, як яму было прыемна бачыць нас усіх. Тое, што зараз адбываецца, у якім стане людзі знаходзяцца за кратамі, — гэта вельмі цяжка, пра гэта немагчыма не думаць. На падставе гэтага я не магу змірыцца ці пашкадаваць.
Могут ли человека, которого ранее судили по административному делу, за тот же поступок судить еще и по уголовному?
Как рассказал адвокат Андрей Мочалов, лишенный в Беларуси лицензии, такое может происходить в рамках законодательства.
— К сожалению, такое возможно. Дело в том, что постановление по делу об административных правонарушениях не имеет преюдициальной силы (то есть не обязательно для суда при рассмотрении других дел, в том числе уголовных). На практике так иногда происходит. В таком случае, когда вступает в силу приговор по уголовному делу, прокуратура приносит в суд протест на постановление по административному.
Так может происходить и в том случае, когда человек уже отбыл наказание или выплатил штраф, отмечает юрист.
— Человек получает новое наказание, а старое дело, как правило, отменяют — прекращают в связи с отсутствием состава, то есть человека признают невиновным: штраф возвращают, сутки компенсируют — (в теории), — пояснил бывший адвокат.