Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Вышел на свободу Алексей Хлестов. Он отбыл 14 суток за «мелкое хулиганство»
  2. На пятницу объявили оранжевый уровень опасности
  3. «Богатый человек должен работать на свою родину». Лукашенко встретился с олигархом, который в 2020-м выступил против насилия
  4. Получивший политубежище в Беларуси американец вернулся в США — «Радыё Свабода»
  5. «Обильная рвота фонтаном». В Threads пишут о массовом отравлении дошколят в разных городах — что случилось
  6. В Беларуси растет число случаев одного вида рака кожи. Его непросто распознать, а если запустить, то может дойти до ампутации конечности
  7. Возможно, вы не знали, что с подарков от близких родственников не надо платить налог, но ситуация меняется, если речь о «тунеядцах»
  8. Политзаключенный передал из колонии письмо Лукашенко. Ответ последовал жесткий
  9. «Мы должны признать, что следующие пару десятилетий будем находиться в войне». Что на форуме в Санкт-Петербурге говорили о будущем РФ
  10. «Мы видели документы разведки с планами войны на 2027−2028 годы». Зеленский написал открытое письмо Путину с предложением встречи
  11. «Вясна»: Сотрудникам крупного предприятия пригрозили увольнением за отдых в «недружественных» странах, в список попала и Турция


Два года назад житель одного из белорусских райцентров 37-летний Андрей насмерть сбил пожилую женщину. Он не был пьян, ДТП произошло по неосторожности. Дальше был суд, он получил несколько лет «химии», а затем вышел по амнистии. Но этим все не закончилось. С самого момента аварии жизнь мужчины превратилась в постоянную борьбу с травматическим опытом и чувством вины. Публикуем его монолог.

Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY
Снимок носит иллюстративный характер. Фото: TUT.BY

Имя собеседника изменено в целях безопасности.

Я ехал ранним утром, спешил на работу. Самое противное время: еще не рассвело, ночь не ушла, но освещение на улице уже выключили. Моросил дождь. С остановки мне навстречу выезжал автобус, засветил фарами прямо в лицо — и как раз в этот момент бабушка вышла на переход. Пять секунд я ее не видел, но этого оказалось достаточно, чтобы сбить ее насмерть.

Потом я тысячу раз мысленно проматывал этот эпизод. Тысячу раз спрашивал себя: что, если бы она вышла на секунду позже? Что, если бы я ехал медленнее? Все мелочи роковым образом сошлись воедино в эти ужасные несколько секунд: не скинул скорость перед переходом, не учел погодные условия, был уверен, что дорога пуста.

Как ни странно, первый человек, с которым мне удалось нормально поговорить, который меня хоть как-то успокоил, был следователь. Он сказал: «Ты сделал это. Назад ничего уже не вернуть. Ей ты уже не поможешь, а себя надо спасать». Отпустил меня домой, дал время отдохнуть, только затем взял показания.

Был суд, мне дали «домашнюю химию», лишили водительских прав. Первый год после ДТП был ужасен. Жизнь сломалась в один момент. Я стал убийцей. Как так? Есть же внутри какие-то моральные критерии. Семь лет назад я за городом сбил собаку. Она просто выскочила из ниоткуда под колеса. И это было ужасно. А тут не животное, а человек. Получается, украл чью-то судьбу, личность, душу. Как жить дальше? Было очень тяжело, были мысли о суициде.

Об аварии знала только моя жена. Я даже родителям не говорил. Так проще. И про «домашнюю химию» они не знали: говорил им, что просто сижу дома. Спасали только дети: гулял с ними, отвлекался.

Почему не обратился к психологу? Да не знаю. Может, родители воспитывали так: мужик должен быть как кремень. Это проблема нашего общества. Люди думают: пошел к психологу — значит, слабак. Я не решился сам сделать шаг. Может быть, если бы кто-то предложил, я бы и обратился за помощью.

Наверное, мне повезло, что родственники погибшей отнеслись ко мне с сочувствием. Мы встретились через неделю после аварии. Возможно, они поняли мое состояние. Говорили, что это трагедия, случайность. Через год после аварии мы еще раз созвонились, я спросил, чем могу помочь. Оказалось, что нужны деньги на памятник. Отдал всю зарплату.

Мне кажется, у родственников погибшей не осталось ненависти или злости по отношению ко мне. В Библии много написано про милосердие. Вот и они милосердны ко мне. За это я им очень благодарен. С тех пор каждый год, в день ДТП, я хожу на могилу этой старушки и прошу прощения.

Постепенно я начал отвлекаться от того, что случилось. Мозг начал блокировать это событие, сделал его каким-то сказочным, как будто это случилось и не со мной, а в каком-то кино. Отвлекали семья, работа, спорт. Я стараюсь жить дальше. Я знаю, для чего мне жить — надо детей поставить на ноги.

Страх садиться за руль ушел, но я не хочу, просто не хочу… Машину я продал, пересел на велосипед. Пользуюсь такси, автобусом.

Если замечаю, что водитель лихачит, прошу его одуматься и вспомнить мой случай. Тебе кажется, что ты владеешь машиной. Но не надо из себя строить бога. Доля секунды может всё изменить. Не надо спешить никуда.

Я вот много думал: зачем спешил тогда? Ведь как раз на работе ввели пропускную систему (я работаю на государственном предприятии). Все строго: опоздал на минуту — выговор. И повалили ДТП. Я не один такой. Все спешат, давят на газ. Сейчас, бывает, еду на такси или автобусе, опаздываю и думаю: «Да и по фиг на эту работу, не буду спешить!»

Но я вам так скажу: не будут люди учиться на чужих ошибках. Если кто-то водит аккуратно — он и будет водить аккуратно. А если лихачит — будет лихачить. Пока свою бабушку на переходе не встретит.