Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. В Беларуси могут пересмотреть минимальный размер алиментов
  2. Прятался от Лукашенко в монастыре, погиб из-за ожогов 50% тела. Как сложились судьбы беларусских генпрокуроров
  3. Купить однушку в Минске или открыть депозит? Замглавы Нацбанка посчитал, что выгоднее
  4. Умерла 30-летняя начмед Старобинской городской больницы
  5. Butikavto показал видео с владельцем, о задержании которого писала «Наша Ніва»
  6. «Сеньоров тоже». Экс-сотрудница PandaDoc об увольнениях и внезапной волне солидарности
  7. Спустя 27 лет. В Швейцарии вынесли обвинительный приговор по делу об исчезновении беларусского бизнесмена — оппонента Лукашенко
  8. Автовладельцев предупредили, что с ноября будут по-новому проверять, пройден ли техосмотр
  9. «Это вообще как?» Сервисный центр отказался ремонтировать беларуске холодильник «Атлант» по гарантии, сославшись на долги завода
  10. Предприятия заманивают работников из Таджикистана зарплатами до 1200 долларов. А сколько там предлагают по открытым вакансиям?
  11. В Беларуси нашли новых работников за границей. Им обещают до 1200 долларов и жилье
  12. «Куфар»: Цены на популярные у беларусов авто выросли более чем на 50%
  13. «У нее огромное чувство вины, и это ее сжирает». Как сидит женщина, которая вместе с мужем убила своего ребенка (супруга расстреляли)
  14. Ждать ли доллар по 2,5 рубля в конце октября? Прогноз курсов валют
  15. «Выглядит хуже сентября». Эксперты проанализировали, что происходит на рынке недвижимости, и сделали прогноз
  16. С 1 ноября пересмотрят бюджет прожиточного минимума
  17. «Дилемма „либо санкции, либо переговоры“ — ложная». Бывшие политзаключенные обратились к руководству ЕС
  18. Повышают некоторые пенсии — когда и сколько составит прибавка
  19. Известный беларусский спортсмен ушел работать в такси, потому что «семью нужно обеспечивать»


Суд Ивановского района 10 апреля вынес приговор 36-летнему местному жителю, монтажнику Дмитрию Жидко. Его осудили за надпись на бюллетене во время референдума в 2022 году. Это уже второй его суд за одно и то же действие — вопреки базовым принципам права, сообщает правозащитный центр «Весна».

Судья Николай Стасевич, который отправил в колонию жителя Иваново Дмитрия Жидко вопреки базовым принципам права. Источник фото: ПЦ "Весна"
Судья Николай Стасевич, который отправил в колонию жителя Иваново Дмитрия Жидко вопреки базовым принципам права. Фото: ПЦ «Весна»

Согласно материалам дела, 27 февраля 2022 года Дмитрий Жидко пришел на участок для голосования на референдуме в Ивановском центре культуры. Он якобы был пьян. Получив бюллетень, мужчина сделал на нем «непристойную» надпись: «Лукашенко и Путин, … ужасным образом» (очевидно, имеется в виду пожелание смерти. — Прим. ред.). Затем он развернул бюллетень и показал надпись членам комиссии, тем самым «нарушил работу избирательного участка».

Тогда Дмитрия Жидко задержали, и 1 марта 2022-го судья Геннадий Кудласевич дал ему 15 суток административного ареста по ст. 19.1 КоАП о мелком хулиганстве.

Хотя мужчину уже осудили, позже против него из-за этого же поступка возбудили уголовное дело по статье об оскорблении Лукашенко. Потом это дело закрыли за отсутствием состава преступления. Но открыли новое — о хулиганстве (ч. 1 ст. 339 УК).

Суд начался в прошлую пятницу. Свидетельские показания против Жидко дали три представительницы избирательной комиссии.

Обвинитель, помощник прокурора Карина Шимко, запросила для мужчины два года колонии с сокращением срока на год по амнистии. Именно такой приговор в итоге вынес судья Николай Стасевич.

Таким образом, мужчину дважды осудили за одно и то же деяние.

Юристы «Весны» отмечают, что здесь нарушено правило non bis in idem (с латинского: «не дважды за одно и то же»). Согласно ему, никто не может быть дважды наказан за одно и то же нарушение. Это универсальный юридический принцип, закрепленный в международном и национальном праве (ч. 2 ст. 155 Конституции, ч. 1 ст. 14 Кодекса о судоустройстве, ст. 14.1 ПИКоАП). Также нарушен принцип обязательности судебного постановления, поскольку одно и то же действие сначала было квалифицировано как административное правонарушение, а затем, спустя год, — как уголовное преступление.