Вступительная кампания в медицинские вузы в этом году стала неожиданной для всех. До последнего дня медуниверситеты не знали, удастся ли им набрать студентов, а проходные баллы на бюджет по некоторым специальностям сильно упали. Беларусы активно обсуждали в соцсетях поступление в меды, основной страх людей — что снизится качество специалистов, которые потом будут отрабатывать обязательное распределение. О нынешней вступительной кампании для «Зеркала» рассуждает выпускница Беларусского государственного медицинского университета Алана Гебремариам.
Алана Гебремариам
Исследовательница, соучредительница объединения женщин-политзаключенных «Побач», бывшая политзаключенная.
Выпускница Беларусского государственного медицинского университета по специальности «стоматология». В 2019 году баллотировалась в Палату представителей. В 2020 году входила в основной состав Координационного совета. Экс-представительница Светланы Тихановской по делам молодежи и экс-делегатка фракции «Моладзевы наступ» КС.
Проанализировав баллы 2025 и 2026 годов, вижу, что разница составляет 40−50 (в зависимости от специальности). И только на фармацевтическом факультете она значительная — на 100 баллов меньше. Но в целом я не вижу того критического снижения, о котором часто пишут в соцсетях. И я бы не ставила крест на студентах только потому, что их баллы чуть ниже, чем в прошлые годы.
12 лет назад, когда я поступала, имела средний балл на курсе. Я была где-то в конце списка поступавших на стоматологический факультет. Но не могу сказать, что училась хуже остальных. Я чувствовала себя очень уверенно, так как много учила биологию, химию. В основном у меня всегда были высокие оценки во время обучения (мой средний балл был около девяти), как и у многих из тех, кто прошел с не очень высокими баллами.
Так что не переживайте за баллы во время поступления, переживайте за то, что будет потом.
«Даже сильные и умные люди не выдерживали все сессии»
В медуниверситете учиться сложно, мягко говоря. Но трудно как людям с 370−390 баллами, так и тем, кто набрал 340 и меньше. На тебя сваливается много специфических предметов вроде гистологии, биоорганической химии, патологической физиологии, патологической анатомии, обычной физиологии, анатомии и различных других предметов, требующих достаточно тщательного изучения.
Часто на одно занятие нужно было минимум 200−300 страниц прочитать плюс подготовиться к практическим. Можно было только по одному предмету готовиться минимум пять часов, а то и больше. И бывали у меня ночи, когда я просто не спала, так как физически не хватало времени. На экзаменах у нас было 200−300 вопросов только по одному предмету. Объем информации очень большой.
Добавлю, что стоматологический факультет БГМУ — не совсем обычный. С третьего курса начинается прием пациентов. И это значит, что студент еще должен купить много дорогих инструментов, материалов и взять на себя большую ответственность. Ведь ему приходится свои знания применять на практике, а еще влиять на здоровье и жизнь человека. И поверьте, никто не хочет, чтобы пациент умер, например, от сепсиса, который может случиться во время различных манипуляций.
В целом обучение требует большой дисциплины, сильной концентрации, мотивации и желания быть врачом. А также психологической устойчивости, потому что часто действительно нет даже времени передохнуть. Ты постоянно в напряжении, в неадекватном темпе обучения, ты постоянно читаешь, докладываешь на занятиях, делаешь практические проекты, лечишь людей, пишешь разные работы, истории болезни — и так бесконечно.
При этом времени на себя почти не хватает, нам с друзьями редко удавалось собраться вместе. А кроме обучения есть дополнительные обязанности, накладываемые на студентов: быть старостой, представителем профсоюза или БРСМ. Я в свое время была старостой, имела много административной работы, связанной с нашей группой. У нас многие, я знаю, обращались к психологам, так как просто не выдерживали темп.
Даже сильные и умные люди не выдерживали все сессии. После первой у нас отчислились несколько человек, хотя она была одной из самых легких во время обучения на стомфаке.
Да и в целом далеко не все дошли до конца. Часть отчислили. На стоматологическом факультете таких было немного. Но я разговаривала со своими коллегами с лечебного и педиатрического: у них отсев был достаточно большой. Бывало, отчислялось и по десять человек за сессию.
«Нужно будет выживать на низкую зарплату»
Но даже если ты выдерживал и доходил до интернатуры, это ничего не значило. Часть людей уходила во время нее, часть — после окончания. Некоторые разочаровались в медицинской сфере Беларуси во время распределения.
Кстати, отсутствие возможности учиться платно и не отрабатывать эти два или пять лет сильно отталкивает выпускников от медуниверситетов.
Когда я училась в БГМУ, то выбрала платное. Сделала это намеренно, так как понимала, что это возможность управлять своим будущим и оставаться субъектной.
Но уже тогда, в 2019-м, меня, студентку-платницу, все равно пытались распределить. Представители Минздрава на повышенных тонах говорили, что внесут меня в черный список, так как я категорически отказывалась проходить распределение там, где мне предлагали, и вообще хотела сделать перерыв на один-два месяца, чтобы потом самой найти место для распределения. Они просто при мне показали, как занесли мое имя в черный список. И действительно, через два месяца перерыва меня не хотели брать в поликлиники.
Сейчас возможности выбирать нет, и после окончания медуниверситета ты два или пять лет должен отработать там, куда тебя отправят. Это большой срок для молодого человека, который понимает, что потом ему еще предстоит пройти большой путь, чтобы стать самодостаточным специалистом с хорошей зарплатой.
Потому что, чтобы попасть в частную медицину, нужно не только отработать распределение, но и сдать на категорию. После этого еще желательно получить специализацию, а потом сдать на категорию и по ней. Это суммарно от трех до пяти лет работы в государственных структурах. Получается, что в среднем, чтобы получить место с хорошей зарплатой в частном медцентре, нужно потратить 10−15 лет жизни. Считайте сами: шесть лет в университете, плюс год интернатуры (уже семь), потом два-пять лет распределения, потом сдать на специальность, через три-пять лет — на категорию.
И все это время нужно будет выживать на низкую зарплату, за которую на тебе будет лежать большая ответственность за жизни людей, тебя будут унижать, а о карьерном росте можешь забыть.
Я уже не говорю о моральном давлении. У старших врачей и руководства есть стереотип, что выпускник медуниверситета должен прийти в больницу или поликлинику полностью подготовленным. Но в реальности это не может быть правдой. Даже на стомфаке, где есть практическая подготовка специалистов, молодым нужна помощь. Но их не уважают, старшие коллеги не хотят делиться знаниями, что-то показывать.
Добавьте сюда множество обязанностей перед профсоюзами, различными государственными институтами. А еще идеологическое давление, как и на многих государственных должностях.
Все это, конечно, большое давление на ментальную систему. А заканчивается оно тем, что выпускники уходят из медицины и даже вспоминать о ней не хотят.
Часть специалистов оставляет медицину после распределения, часть бежит в эмиграцию, часть переучивается. Я сейчас не работаю по специальности, как и многие мои коллеги. Ведь в Беларуси молодому специалисту, мягко говоря, неперспективно и сложно пробиться в люди, не получая за это копейки.
«Медик больше не ценится как специалист»
По состоянию на весну в Беларуси не хватало более чем 3000 врачей. Власти приняли свои меры, чтобы эту потерю минимизировать. Как я сказала выше, это было абсолютной глупостью, так как увеличением количества мест на бюджете невозможно исправить ситуацию в целом.
Государство не меняет политику, с которой подходит к медицинскому образованию и к самой сфере. Медик больше не ценится как специалист. И есть ощущение, что в ближайшие годы это, скорее всего, не изменится.
Мы видим, как власть реагирует закручиванием гаек вместо реальных реформ. Адекватная реакция на это — искать лучшей доли в других местах. И как молодые врачи, так и специалисты со стажем массово уходят из беларусской медицины и уезжают за границу, так как не видят перспективы в Беларуси. И имеют на это полное право.
Они не уверены в своем будущем. И пока это не изменится, медики будут уезжать из Беларуси. А беларусские выпускники найдут себя в различных медицинских университетах не только в Польше и Литве, но и в Германии и других странах Евросоюза. И если власти ничего не изменят, наша страна столкнется с коллапсом медицинской системы. Недостаток составит не 3000 человек, а десятки тысяч.
Мнение авторки может не совпадать с позицией редакции.
Поблагодарить за статью